Стратегии кодирования предикативной посессивности в приуральском и казымском диалектах хантыйского языка; Урало-алтайские исследования; № 3 (30)
| Parent link: | Урало-алтайские исследования № 3 (30).— 2018.— [С. 7-32] |
|---|---|
| Autor Principal: | |
| Autor Corporativo: | |
| Outros autores: | |
| Summary: | Заглавие с экрана В статье представлен анализ стратегий выражения предикативных посессивных отношений, выявленных в корпусе текстов (62 текстов, 5181 предложение) на приуральском (обдорском) и казымском диалектах хантыйского языка. Наиболее распространенной в исследуемых диалектах является транзитивная стратегия кодирования предикативных посессивных отношений на базе глагола соб. tăjtĭ, пол. täjtĭ, каз. tăjtĭ 'иметь', которая используется для выражения отчуждаемого, неотчуждаемого, абстрактного, физического и неодушевлённого обладания. В формах объектного спряжения и пассивного залога значение посессивности у глагола обладания утрачивается. Нетранзитивная стратегия может быть представлена конструкцией с двуоснóвным глаголом соб. u(l)tĭ, пол. o(l)tĭ, каз. wŏłtĭ 'быть / жить', которая определена как адноминальная посессивная конструкция. В адноминальной конструкции отношения обладания устанавливаются посредством посессивных маркеров, индексирующих обладаемое. Отрицание посессивности в транзитивной и в нетранзитивной конструкциях отличаются: в транзитивной предикативной стратегии используется «стандартное синтаксическое отрицание», маркируемое частицей соб. ăn, пол. ǟn, каз. ăn, χŏn 'не'; факт отрицания адноминальной посессивной конструкции выражается специальным отрицательным предикативным бытийным глаголом соб. ăntam, пол. äntam, каз. ăntŏm. В обеих стратегиях допустимо двойное отрицание. The article presents research findings resulting from an analysis of the strategies used to encode predica- tive possessive relations which were identified in a corpus of texts (62 texts, 5181 sentences) in the Priural (Obdorsk) and Kazym dialects of Khanty language. The most common strategy of encoding predicative pos- session in Priural (Obdorsk) and Kazym dialects is a transitive one based on the verb sob. tajti, pol. tajti, kaz. tajti ‘to have', which is used to express the main conceptual features of possession (abstract, physical / temporal, alienable, inalienable, inanimate). An intransitive strategy can be represented by the construction that is based on the locative / existential sentence with the verb sob. u(l)ti, pol. o(l)ti, kaz. wo(l)ti ‘to be'. FollowingL. Stassen, it is defined as an adnominal possessive construction wherein the possession is indexed on the possessed. Negative possession is encoded differently in the transitive and intransitive strategies. While the “standard” syntactical negation, expressed by the negative particle sob. an, pol. an, kaz. каз. an, ?on ‘no,not', is used in the transitive strategy, a special negative existential verb - sob. antam, pol. antam, kaz. an- tom “not to be” - is common in negative intransitive constructions. Режим доступа: по договору с организацией-держателем ресурса |
| Idioma: | ruso |
| Publicado: |
2018
|
| Subjects: | |
| Acceso en liña: | https://elibrary.ru/item.asp?id=36285859 https://iling-ran.ru/library/ural-altaic/ua2018_30.pdf#page=8 |
| Formato: | MixedMaterials Electrónico Capítulo de libro |
| KOHA link: | https://koha.lib.tpu.ru/cgi-bin/koha/opac-detail.pl?biblionumber=660837 |
MARC
| LEADER | 00000naa0a2200000 4500 | ||
|---|---|---|---|
| 001 | 660837 | ||
| 005 | 20250408145815.0 | ||
| 035 | |a (RuTPU)RU\TPU\network\30901 | ||
| 035 | |a RU\TPU\network\26873 | ||
| 090 | |a 660837 | ||
| 100 | |a 20191029d2018 k||y0rusy50 ca | ||
| 101 | 0 | |a rus | |
| 102 | |a RU | ||
| 135 | |a drcn ---uucaa | ||
| 181 | 0 | |a i | |
| 182 | 0 | |a b | |
| 200 | 1 | |a Стратегии кодирования предикативной посессивности в приуральском и казымском диалектах хантыйского языка |d Strategies of encoding predicative possession in the Priural and Kazym dialects of the Khanty language |f В. В. Воробьёва, И. В. Новицкая | |
| 203 | |a Текст |c электронный | ||
| 300 | |a Заглавие с экрана | ||
| 320 | |a [Библиогр.: 57 назв.] | ||
| 330 | |a В статье представлен анализ стратегий выражения предикативных посессивных отношений, выявленных в корпусе текстов (62 текстов, 5181 предложение) на приуральском (обдорском) и казымском диалектах хантыйского языка. Наиболее распространенной в исследуемых диалектах является транзитивная стратегия кодирования предикативных посессивных отношений на базе глагола соб. tăjtĭ, пол. täjtĭ, каз. tăjtĭ 'иметь', которая используется для выражения отчуждаемого, неотчуждаемого, абстрактного, физического и неодушевлённого обладания. В формах объектного спряжения и пассивного залога значение посессивности у глагола обладания утрачивается. Нетранзитивная стратегия может быть представлена конструкцией с двуоснóвным глаголом соб. u(l)tĭ, пол. o(l)tĭ, каз. wŏłtĭ 'быть / жить', которая определена как адноминальная посессивная конструкция. В адноминальной конструкции отношения обладания устанавливаются посредством посессивных маркеров, индексирующих обладаемое. Отрицание посессивности в транзитивной и в нетранзитивной конструкциях отличаются: в транзитивной предикативной стратегии используется «стандартное синтаксическое отрицание», маркируемое частицей соб. ăn, пол. ǟn, каз. ăn, χŏn 'не'; факт отрицания адноминальной посессивной конструкции выражается специальным отрицательным предикативным бытийным глаголом соб. ăntam, пол. äntam, каз. ăntŏm. В обеих стратегиях допустимо двойное отрицание. | ||
| 330 | |a The article presents research findings resulting from an analysis of the strategies used to encode predica- tive possessive relations which were identified in a corpus of texts (62 texts, 5181 sentences) in the Priural (Obdorsk) and Kazym dialects of Khanty language. The most common strategy of encoding predicative pos- session in Priural (Obdorsk) and Kazym dialects is a transitive one based on the verb sob. tajti, pol. tajti, kaz. tajti ‘to have', which is used to express the main conceptual features of possession (abstract, physical / temporal, alienable, inalienable, inanimate). An intransitive strategy can be represented by the construction that is based on the locative / existential sentence with the verb sob. u(l)ti, pol. o(l)ti, kaz. wo(l)ti ‘to be'. FollowingL. Stassen, it is defined as an adnominal possessive construction wherein the possession is indexed on the possessed. Negative possession is encoded differently in the transitive and intransitive strategies. While the “standard” syntactical negation, expressed by the negative particle sob. an, pol. an, kaz. каз. an, ?on ‘no,not', is used in the transitive strategy, a special negative existential verb - sob. antam, pol. antam, kaz. an- tom “not to be” - is common in negative intransitive constructions. | ||
| 333 | |a Режим доступа: по договору с организацией-держателем ресурса | ||
| 461 | |t Урало-алтайские исследования | ||
| 463 | |t № 3 (30) |v [С. 7-32] |d 2018 | ||
| 510 | 1 | |a Strategies of encoding predicative possession in the Priural and Kazym dialects of the Khanty language |z eng | |
| 610 | 1 | |a электронный ресурс | |
| 610 | 1 | |a труды учёных ТПУ | |
| 610 | 1 | |a хантыйский язык | |
| 610 | 1 | |a диалектика | |
| 610 | 1 | |a посессивность | |
| 700 | 1 | |a Воробьёва |b В. В. |c лингвист |c доцент Томского политехнического университета, кандидат филологических наук |f 1976- |g Виктория Владимировна |3 (RuTPU)RU\TPU\pers\30881 |9 15127 | |
| 701 | 1 | |a Новицкая |b И. В. |g Ирина Владимировна | |
| 712 | 0 | 2 | |a Национальный исследовательский Томский политехнический университет |b Школа базовой инженерной подготовки |b Отделение иностранных языков |3 (RuTPU)RU\TPU\col\23510 |
| 801 | 1 | |a RU |b 63413507 |c 20141010 | |
| 801 | 2 | |a RU |b 63413507 |c 20191029 |g RCR | |
| 856 | 4 | |u https://elibrary.ru/item.asp?id=36285859 | |
| 856 | 4 | |u https://iling-ran.ru/library/ural-altaic/ua2018_30.pdf#page=8 | |
| 942 | |c CF | ||